Предупреждение банкротства страховых организаций

Законодательная база

Страхование как экономическая категория может быть определено в виде особой системы экономических отношений, предполагающих формирование и последующее распределение целевых фондов денежных средств для возмещения убытков, возникающих у лиц, за счет взносов которых эти фонды сформированы и переданы в управление созданной для этого страховой организации.

Для страховщика страхование является предпринимательской деятельностью. Его интерес заключается не только в получении и аккумулировании страховых премий, но и в извлечении инвестиционного дохода. Страховая деятельность страховщика возможна потому, что не каждый страхуемый по договору риск реализуется, но по каждому договору уплачивается страховая премия, позволяющая сформировать фонд для страховой выплаты, получить прибыль от использования этих привлеченных денежных средств.

Интерес страхователя заключается в предоставлении страховой защиты на обуславливаемых договором условиях. В связи с этим в качестве одной из мер, вытекающих из банкротства страховщика, выступает сохранение страховой защиты путем передачи страхового портфеля (передачи пула договоров страхования другому финансово устойчивому страховщику).

Особенности банкротства финансовых организаций в целом, к числу которых в силу подпункта 2 пункта 2 статьи 180 Федерального закона от 26.10.02 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»¹ (далее — Закон о банкротстве) относятся страховые организации, определены статьями 180–183.26 Закона о банкротстве. При этом статьями 184.1–184.15 Закона о банкротстве дополнительно установлены особенности банкротства страховых организаций, учитывающие их отраслевую специфику. ¹ Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. № 43. Ст. 4190.

Кроме того, на отношения в сфере банкротства могут оказывать влияние нормативные правовые акты, устанавливающие особенности страхования применительно к некоторым видам страхования. Например, вопрос о включении в реестр требований кредиторов должника-страховщика задолженности, возникшей в результате нецелевого использования им денежных средств, перечисленных по договору о финансовом обеспечении обязательного медицинского страхования, разрешается с учетом положений Федерального закона от 29.11.10 № 326-ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации»², который непосредственно регулирует правоотношения, возникшие между страховой организацией, Федеральным фондом обязательного медицинского страхования и медицинскими учреждениями, но не устанавливает порядок оплаты услуг медицинских организаций в случае банкротства страховой медицинской организации (как и не устанавливал его на момент рассмотрения спорной ситуации в суде). В целях внесения правовой определенности в порядке аналогии права суды допускают в этих случаях применение правил о договоре комиссии (постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 23.09.14 и определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.15 № 303-ЭС14-5818 по делу № А51-13382/20133)³. ² Собрание законодательства Российской Федерации. 2010. № 49. Ст. 6422. ^{3 Здесь и далее материалы судебной практики приводятся по СПС «Консультант Плюс».}

Кроме Закона о банкротстве, значение для рассматриваемых проблем имеют Закон Российской Федерации от 27.11.92 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»⁴ (далее — Закон о страховании), регулирующий отношения, связанные с организацией страхового дела, и глава 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.96 № 14-ФЗ⁵ (далее — ГК РФ), опосредующая отношения по установлению, изменению и прекращению гражданских прав и обязанностей путем заключения договоров страхования. ⁴ Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1993. № 2. Ст. 56. ⁵ Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. № 5. Ст. 410.

Определение субъектного состава

Закон о банкротстве, оперируя термином «страховая организация» и не разъясняя его содержания, порождает в некоторой степени неопределенность и фактически вынуждает искать конкретики в нормах иных законов. Возникает вопрос: распространяются ли специальные положения названного закона о банкротстве страховых организаций на иные виды организаций, предоставляющих страховую защиту или участвующих в ее предоставлении, но традиционно обособляемых от обычного страхования и страховых организаций, — на перестраховочные страховые общества, общества взаимного страхования, страховых брокеров?

В ГК РФ термин «страховщик» используется как синоним страховой организации (пункт 1 статьи 927 ГК РФ), в то время как согласно пункту 1 статьи 6 Закона о страховании страховщиками являются как страховые организации, так и общества взаимного страхования, что представляется не совсем удачным. Корректнее применять термин «страховые организации» в том контексте, в каком он приводится в Законе о страховании, поскольку в статье 968 ГК РФ общества взаимного страхования не рассматриваются в качестве страховщиков. Страховое правоотношение с участием обществ взаимного страхования возникает в силу корпоративного участия страхователей в их деятельности, а не договора имущественного или личного страхования.

Пункты 1, 2 статьи 4.1, пункт 1 статьи 6 Закона о страховании относят страховые организации, в том числе перестраховочные организации, к числу участников регулируемых им отношений. При этом к числу субъектов страхового дела, деятельность которых лицензируется и особым образом регламентируется как деятельность профессиональных участников страхового рынка, непосредственно предоставляющих страховые услуги, относятся как страховые организации, так и общества взаимного страхования и страховые брокеры.

Закон о банкротстве в части установления особенностей несостоятельности страховых организаций опирается как на сам статус должника, так и на содержательную составляющую его обязанности по отношению к конкурсному кредитору — наличие бесспорной обязанности по осуществлению страховой выплаты кредитору (см. абзац первый пункта 2 статьи 183.19, пункт 3 статьи 183.19, статью 184.2 Закона о банкротстве), в связи с чем возникает вопрос о том, распространяются ли специальные правила о банкротстве страховых организаций на перестраховочные организации (страховые организации, осуществляющие исключительно деятельность по перестрахованию), общества взаимного страхования и страховых брокеров.

Как отмечается в практике, перестрахование — это вторичное распределение риска, в соответствии с которым страховщик, принимая на страхование риски, часть ответственности по ним, исходя из своих финансовых возможностей, передает на согласованных условиях другим страховщикам с целью создания по возможности сбалансированного портфеля договоров страхования, обеспечения финансовой устойчивости и рентабельности страховых операций. Это деятельность по защите одним страховщиком (перестраховщиком) имущественных интересов другого страховщика (перестрахователя), связанных с принятым последним по договору страхования (основному договору) обязательством по страховой выплате, что допускает применение специальных норм о банкротстве страховых организаций по отношению к перестраховочным организациям (постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 15.06.17 по делу № А33-21685/2016).

Деятельность обществ взаимного страхования регулируется ГК РФ, Законом о страховании, Федеральным законом от 29.11.07 № 286-ФЗ «О взаимном страховании»⁶ (далее — Закон о взаимном страховании) и другими федеральными законами (статья 7 Закона о страховании). Общество взаимного страхования является видом потребительского кооператива и создается для осуществления взаимного страхования имущественных интересов своих членов (часть 1 статьи 5 Закона о взаимном страховании, статья 968 ГК РФ). ⁶ Собрание законодательства Российской Федерации. 2007. № 49. Ст. 6047

Указанное общество обязано при наступлении определенного события (страхового случая) произвести страховую выплату члену общества, уплатившему страховую премию (страховые взносы), или выгодоприобретателю в порядке и в сроки, которые установлены договором страхования и (или) правилами страхования (часть 3 статьи 3 Закона о взаимном страховании). В контексте добровольного страхования имущества как страховой услуги страховая организация или общество взаимного страхования как профессиональные участники рынка страховых услуг, действующие на основании лицензии, равноценны для потребителя (страхователя, выгодоприобретателя) (пункты 13, 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.13 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан»).

Принципиальным отличием общества взаимного страхования видится осуществление последним страхования имущественных интересов своих членов непосредственно на основании устава общества, а не неопределенного круга лиц, как у страховых организаций.

Но это единственно важное сущностное отличие в правовом статусе рассматриваемых организаций не должно исключать применение специальных правил о банкротстве страховых организаций по отношению к обществам взаимного страхования.

В силу пункта 6 статьи 8 Закона о страховании отношения между страховой организацией и страховым брокером строятся по модели договора поручения, так как страховой брокер действует от имени и за счет страховщика (перестраховщика). И в случае банкротства последнего страховой брокер не становится обязанным перед страхователем, что исключает применение к нему специальных правил о банкротстве страховых организаций по институциональным причинам.

Вопросы по применению мер по предупреждению банкротства страховых организаций

Вопросы по применению мер по предупреждению несостоятельности (банкротства) страховых организаций регламентируются тремя группами норм Закона о банкротстве:

— статьи 30 и 31 Закона о банкротстве, называющие меры по предупреждению банкротства организаций и их санации общего характера, применение которых к финансовым организациям и их разновидности — страховым организациям представляется невозможным без специального нормативного регулирования;

— статьи 183.1–183.15 Закона о банкротстве, устанавливающие открытый перечень мер по предупреждению банкротства финансовой организации. Эти меры не в полной мере учитывают специфику деятельности страховых организаций, в связи с чем их применение осуществляется с учетом специального правового регулирования;

— статьи 184.1–184.3-5 Закона о банкротстве, являющиеся специальными нормами, устанавливающими особенности применения мер по предупреждению банкротства в отношении страховых организаций с учетом специфики их деятельности на страховом сегменте финансового рынка.

В юридической литературе меры по предупреждению банкротства рассматриваются в качестве юридических и экономических мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности должника и осуществляемых до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) учредителями (участниками) должника, собственником имущества должника — унитарного предприятия, а по соглашению с должником — кредиторами и иными лицами⁷. ⁷ Банкротство хозяйствующих субъектов: Учебник для бакалавров / Отв. ред. И. В. Ершова, Е. Е. Енькова. М., 2016. С. 118–119; Карелина С. А. Правовые проблемы реализации механизма предупреждения банкротства кредитной организации // Банковское право. 2018. № 4. С. 25–33; Карелина С. А., Фролов И. В. Банкротство страховых организаций: Монография. М., 2018. С. 38–52; Попондопуло В. Ф. Банкротство. Правовое регулирование: Науч.-практ. пособие. М., 2013. С. 26–27.

Основанием для применения мер по предупреждению банкротства финансовой организации должна являться совокупность показателей ее экономического положения, характеризующих структуру платежного баланса: достаточности капитала; размера активов; доходности; ликвидности; соблюдения обязательных нормативов; качества управления; прозрачности структуры собственности; наличия действующих мер воздействия со стороны Центрального банка Российской Федерации (Банк России), наличия оснований для отзыва лицензии.

Для целей пруденциального регулирования исходя из степени значимости такого рода показателей для оценки финансового состояния страховой организации с учетом их влияния на вероятность наступления банкротства следует выделять:

1. основания для применения антикризисных мер, предпринимаемых на ранних стадиях ухудшения финансового положения страховой организации в инициативном порядке;
2. основания для безусловного применения предусматриваемых Законом о банкротстве мер по предупреждению банкротства;
3. основания для применения процедур банкротства (выявление признаков банкротства).

Так, представление страховой организацией в Банк России плана реализации антикризисных мер, предусматривающего планирование конкретных путей решения проблем с капиталом и ликвидностью, не может считаться планом восстановления платежеспособности финансовой организации, направляемым в Банк России в силу статьи 183.2 Закона о банкротстве (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.09.17 по делу № А40-43881/17).

Применение закрепляемых Законом о банкротстве мер по предупреждению банкротства вменяется органам управления страховой организации в виде обязанности, в связи с чем основания для ее наступления должны быть в достаточной степени объективированы и учитываться руководством страховой организации в текущей деятельности, а их реализация под внешним управлением должна быть следствием бездействия руководства страховой организации.

К числу оснований для применения мер по предупреждению банкротства финансовой организации относятся (пункт 1 статьи 183.2, пункты 1, 3 статьи 184.1 Закона о банкротстве):

1. неоднократный отказ в течение месяца в удовлетворении требований кредиторов по денежным обязательствам. При этом под таким отказом понимается:

— неисполнение или ненадлежащее исполнение в срок, установленный федеральным законом или договором страхования, обязанности по осуществлению страховой выплаты или выплаты страховой суммы, возврата части страховой премии или выплаты выкупной суммы в связи с досрочным прекращением договора страхования либо неисполнение или ненадлежащее исполнение указанной обязанности, установленной вступившим в законную силу судебным актом;

— неисполнение или ненадлежащее исполнение иного требования кредиторов по денежным обязательствам;

2. неисполнение обязанности по уплате обязательных платежей в срок свыше десяти рабочих дней со дня наступления даты ее исполнения;
3. недостаточность денежных средств для своевременного исполнения денежных обязательств и (или) обязанности по уплате обязательных платежей, если срок исполнения таких обязательств и (или) обязанности наступил.

Дополнительными основаниями для применения мер по предупреждению банкротства страховой организации являются:

— повторное нарушение в течение двенадцати месяцев с даты выявления первого нарушения установленных законодательством Российской Федерации, регулирующим страховую деятельность, требований финансовой устойчивости и платежеспособности в части нормативного соотношения собственных средств (капитала) страховой организации и принятых обязательств и (или) порядка и условий инвестирования собственных средств (капитала) и (или) средств страховых резервов;

— отзыв лицензии на осуществление страховой деятельности;

— приостановление действия лицензии на осуществление страховой деятельности;

— ограничение действия лицензии на осуществление страховой деятельности по обязательным видам страхования.

Вызывает сомнение целесообразность отнесения отзыва или приостановления действия лицензии на осуществление страховой деятельности и ограничения действия лицензии на осуществление страховой деятельности по обязательным видам страхования к основаниям для применения мер по предупреждению банкротства страховой организации (подпункты 3–5 пункта 3 статьи 184.1 Закона о банкротстве).

Одни и те же основания могут повлечь как отзыв, так и приостановление действия лицензии. Например, несоблюдение требований финансовой устойчивости и платежеспособности в части обеспечения средств страховых резервов и собственных средств привело к приостановлению действия лицензии на осуществление страхования (постановление Арбитражного суда Московского округа от 31.05.17 по делу № А40-164730/2016).

Подобные основания для применения мер приводят фактически к прекращению деятельности организации в качестве страховой и не могут способствовать восстановлению ее платежеспособности.

Более того, в судебной практике встречается точка зрения о том, что отзыв лицензии приводит к утрате статуса страховой организации и следующей из этого невозможности применения в полном объеме устанавливаемых Законом о банкротстве особенностей банкротства страховых организаций. Как указал суд, отзыв лицензии на осуществление страховой деятельности является одним из способов предупреждения банкротства именно страховой организации, то есть указанной мерой преследуется цель — предупредить банкротство страховой организации, избежать неблагоприятных последствий для страхователей, кредиторов финансовой (страховой) организации, а не открыть конкурсное производство в отношении такой организации. Соответственно, не подлежат применению нормы Закона о банкротстве об особенностях банкротства страховой организации, поскольку на дату рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом как страховой организации должник утратил статус страховой организации (постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 15.06.17 по делу № А33-21685/2016).

Приведенная точка зрения хотя и основана на формальном толковании Закона о банкротстве, тем не менее отражает проблему неверного определения оснований для применения мер по предупреждению банкротства.

Из всех финансовых организаций, особенности банкротства которых устанавливаются Законом о банкротстве, только у страховых организаций отзыв лицензии выступает основанием для применения мер по предупреждению банкротства.

Похожий по своим правовым последствиям институт аннулирования лицензии применительно к деятельности негосударственных пенсионных фондов по пенсионному обеспечению и пенсионному страхованию является основанием для назначения и деятельности временной администрации негосударственного пенсионного фонда, осуществляющего деятельность по обязательному пенсионному страхованию (подпункт 3 пункта 1 статьи 187.3 Закона о банкротстве). При этом к числу оснований для применения мер по предупреждению банкротства негосударственных пенсионных фондов отзыв, приостановление или ограничение действия лицензии не относятся (статья 187.2 Закона о банкротстве).

Например, отзыв у кредитных организаций лицензии на осуществление банковских операций имеет совершенно иные последствия — он не относится к числу оснований для применения мер по предупреждению банкротства кредитных организаций, а является условием для обращения в суд с заявлением о признании кредитной организации банкротом (пункт 2 статьи 189.61 Закона о банкротстве). Отзыв лицензии у банка влечет необходимость согласования плана участия Агентства по страхованию вкладов в урегулировании обязательств банка, который содержательно отличается от плана участия в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка (пункт 7 статьи 189.51 Закона о банкротстве).

Мерами по предупреждению банкротства финансовой организации являются (статья 183.1 Закона о банкротстве):

1. оказание финансовой помощи финансовой организации ее учредителями (участниками) и иными лицами;
2. изменение структуры активов и структуры пассивов финансовой организации;
3. увеличение размера уставного капитала финансовой организации и величины ее средств (капитала);
4. реорганизация финансовой организации;
5. иные не запрещенные законодательством Российской Федерации меры (например, изменение организационной структуры страховой организации (статья 183.4 Закона о банкротстве), составление и согласование с Банком России плана реализации антикризисных мер (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.09.17 по делу № А40-43881/17), оптимизация бизнес-структуры с целью закрытия или перепрофилирования нерентабельных направлений деятельности, продажа части имущества организации, взыскание дебиторской задолженности, уступка прав (требований) организации, исполнение обязательств должника учредителями (участниками) должника либо третьим лицом или третьими лицами и пр.).

План восстановления платежеспособности

В случае возникновения оснований для применения мер по предупреждению банкротства финансовой организации она обязана утвердить и направить в контрольный орган план восстановления платежеспособности, который должен содержать анализ финансового состояния финансовой организации, а также перечень мер по предупреждению ее банкротства и сроки их применения, которые не могут превышать шести месяцев с даты возникновения оснований для применения таких мер.

По результатам анализа плана восстановления платежеспособности Банк России: 1) соглашается с планом, и его реализацию осуществляет руководство страховой организации; 2) соглашается с планом, но его реализацию осуществляет назначаемая для этого временная администрация; 3) при установлении признаков банкротства у страховой организации принимает решение об обращении в суд с заявлением о банкротстве.

Представление в Банк России плана восстановления платежеспособности, притом что через некоторое время страховая организация признается банкротом, само по себе не должно служить основанием для привлечения ее руководителей к субсидиарной ответственности за несвоевременное обращение в суд с заявлением должника о банкротстве.

Если Банк России как контролирующий орган после анализа плана восстановления платежеспособности не выявил у страховой организации признаков банкротства, то это свидетельствует о формальном отсутствии на момент утверждения плана признаков банкротства у страховой организации и отсутствии обязанности у ее органов управления по обращению в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.07.19 по делу № А40-93991/2016).

Назначение временной администрации

Назначение временной администрации не может относиться к мерам по предупреждению банкротства, несмотря на их открытый перечень. Назначение временной администрации является правовым средством предупреждения банкротства в тех условиях, когда назначенные учредителями страховой организации органы управления не справились со своими функциями.

Под временной администрацией финансовой организации понимается специальный временный орган управления финансовой организации, назначенный контрольным органом, с целью восстановления платежеспособности финансовой организации и (или) обеспечения сохранности имущества финансовой организации (пункты 1, 2 статьи 183.6 Закона о банкротстве).

При назначении временной администрации страховой организации полномочия исполнительных органов страховой организации приостанавливаются по решению контрольного органа (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.05.19 по делу № А40-238625/18). Ее назначение не влечет безусловного открытия процесса по делу о банкротстве, поскольку цели, для которых она вводится, могут быть достигнуты в ходе ее деятельности, а именно устранение причин возникновения оснований для принятия мер по предупреждению банкротства должника, отсутствие признаков банкротства у должника, восстановление платежеспособности должника (постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 09.10.13 по делу № А03-5444/2013).

Назначение временной администрации не может рассматриваться как безусловное подтверждение наличия признаков банкротства или наличия неисполненных обязательств. Факт назначения временной администрации финансовой организации свидетельствует либо о неисполнении или ненадлежащем исполнении требований кредиторов по денежным обязательствам, обязанности по уплате обязательных платежей, либо о необходимости реализации плана восстановления платежеспособности финансовой организации (постановления Пятого арбитражного апелляционного суда от 17.07.19 по делу № А51-877/2018).

Как показал анализ судебной практики, право контрольного органа назначить временную администрацию страховой организации довольно часто рассматривается как его обязанность, чем игнорируются возможности привлечения исполнительных органов и учредителей для реализации мер по предупреждению банкротства, перечень которых является открытым (постановления Арбитражного суда Московского округа от 31.10.17 по делу № А40-127221/14, от 31.05.17 по делу № А40-164730/2016, от 14.04.16 по делу № А40-90699/15, от 10.03.16 по делу № А40-107955/15, Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.03.17 по делу № А40-164730/2016, от 03.07.17 по делу № А40-127221/14, Третьего арбитражного апелляционного суда от 10.02.14 и Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 10.06.14 по делу № А33-5690/2013, Пятого арбитражного апелляционного суда от 27.11.13 и Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 25.02.14 по делу № А51-13382/2013 и др.). Это следствие недостаточно четкого разграничения оснований для назначения временной администрации страховой организации при приостановлении действия или отзыве лицензии на осуществление страховой деятельности (пункты 6, 6.1 статьи 184.1 Закона о банкротстве) в связи:

1. с осуществлением страховой организацией деятельности, запрещенной законодательством Российской Федерации, нарушением страховой организацией требований, установленных законодательством Российской Федерации, регулирующим страховую деятельность;
2. несоблюдением страховой организацией законодательства Российской Федерации, регулирующего страховую деятельность, в части порядка и условий формирования, размещения или инвестирования средств страховых резервов и (или) собственных средств (капитала) и (или) нормативного соотношения активов и принятых обязательств и (или) иных установленных требований к обеспечению финансовой устойчивости и платежеспособности.

Выявляемые нарушения касаются исключительно нарушения регуляторных требований к обеспечению финансовой устойчивости и платежеспособности при отсутствии иного рода нарушений законодательства о страховой деятельности.

Временная администрация должна действовать в рамках определяемых законом полномочий добросовестно и разумно. Руководитель временной администрации страховой организации для привлечения на договорной основе специалистов, содействующих временной администрации (деятельность временной администрации ошибочно называют иногда процедурой банкротства) (бухгалтеров, аудиторов, оценщиков и т. п.), осуществления других текущих расходов, связанных с реализацией своих полномочий, должен утвердить у контрольного органа смету расходов. В противном случае подобные расходы не являются обоснованными и лежащие в их основании сделки подлежат оспариванию как направленные на неправомерный вывод активов (постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.04.19 по делу № А40-161486/17, от 08.07.19 по делу № А40-4981/19, Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.10.17 по делу №А41-2160/16).

Требования кредиторов, предъявленные к страховой организации и имеющиеся у временной администрации страховой организации, передаются по описи назначенному для осуществления процедуры конкурсного производства конкурсному управляющему и в последующем включаются в реестр заявленных требований кредиторов (постановления Арбитражного суда Московского округа от 13.03.19 по делу № А40-65291/18, от 31.10.17 по делу № А40-127221/14), что не должно исключать проверку их обоснованности по устанавливаемым Законом о банкротстве правилам. Полагаем, что временная администрация также должна осуществлять проверку обоснованности предъявляемых к страховой организации требований и отказывать в их учете в случае необоснованности.

Назначение временной администрации, последовавшие за этим признание страховой организации банкротом и открытие процедуры конкурсного производства не освобождают страховую организацию от обязанности по исполнению требований страхового законодательства, а также принятия всех необходимых мер для недопущения события противоправного деяния, в связи с чем привлечение к административной ответственности за несвоевременное осуществление страховой выплаты по части 3 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.01 № 195-ФЗ⁸ является правомерным. Аргументы о воспрепятствовании осуществлению функций временной администрации, о том, что взыскание административного штрафа повлечет увеличение кредиторской задолженности общества, в отношении которого открыто конкурсное производство, были отклонены (постановления Арбитражного суда Дальневосточного округа от 09.04.19 по делу № А73-13785/2018, от 29.03.19 по делу № А73-14583/2018, от 22.03.19 по делам № А73-14458/2018 и А73-14463/2018, Шестого арбитражного апелляционного суда от 29.12.18 по делам № А73-13785/2018, А73-14583/2018, А73-14458/2018, А73-13875/2018, А73-13868/2018, от 24.12.18 по делу № А73-14463/2018 и др.). ⁸ Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. № 1 (ч. 1). Ст. 1.

Оказание финансовой помощи финансовой организации ее учредителями (участниками) и иными лицами

Оказание финансовой помощи финансовой организации ее учредителями (участниками) и иными лицами следует рассматривать как частный случай предусматриваемой пунктом 3 статьи 30 Закона о банкротстве возможности принятия учредителями (участниками) страховой организации мер, направленных на восстановление ее платежеспособности, и предоставления в силу статьи 31 Закона о банкротстве финансовой помощи в размере, достаточном для погашения имеющихся требований и восстановления платежеспособности должника (санация).

Вместе с тем согласно пункту 2 статьи 30 Закона о банкротстве учредители (участники) должника в случаях, предусмотренных федеральным законом, обязаны принимать своевременные меры по предупреждению банкротства организаций.

Довольно часто суды со ссылкой на пункт 2 статьи 30 Закона о банкротстве указывают на необходимость осуществления мер, направленных на восстановление платежеспособности, игнорируя при этом, что обязанность по их применению должна быть предусмотрена законом (постановления Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.06.19 и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 30.07.19 по делу № А70-134/2019, Второго арбитражного апелляционного суда от 09.04.18 по делу № А82-17265/2016 и др.).

Иногда подобная обязанность в мотивировочной части судебных актов трансформируется в обязанность «как минимум воздерживаться от совершения действий, направленных на причинение в процедуре банкротства вреда должнику и его кредиторам» (постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 06.06.16 по делу № А70-2002/2011, судебными актами вышестоящих инстанций было оставлено в силе).

Между тем, как справедливо отмечается в судебной практике, какие конкретно меры должны быть приняты учредителем, закон не раскрывает. В связи с этим суд не может считать учредителя должника в силу пункта 2 статьи 30 Закона о банкротстве обязанным погасить требования должника перед кредиторами либо выделить денежные средства в полном размере для указанных целей в целях предотвращения банкротства (постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.18 по делу № А05-6366/2016, оставлено без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.06.18).

Поскольку финансовая помощь участников страховой организации зачастую рассматривается в качестве источника покрытия недостатка активов (постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.04.19 и Арбитражного суда Московского округа от 15.08.19 по делу № А40-244624/18), применительно к финансовым организациям вообще и страховым в частности следовало бы закрепить в Законе о банкротстве обязанность учредителей (участников) по докапитализации организации до нормативных показателей. Это основано на необходимости защиты прав страхователей, заинтересованных в оперативной выплате страхового возмещения при наступлении страхового случая, что невозможно при недостаточности активов у страховой организации.

Докапитализацию считаем возможной и за счет привлекаемых денежных средств, в том числе займов со стороны учредителей (участников), что позволит снизить риски их субординирования (переквалификации из заемных в корпоративные отношения), ставшие весомыми в последние годы. (Довольно широкое правовое обоснование указанной проблемы приведено, к примеру, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.18 № 310-ЭС17-17994(1,2). — Прим. авт.)

Выдача учредителем (участником) должника займа сама по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.17 № 306-ЭС16-17647, от 06.08.15 № 302-ЭС15-3973).

Поэтому важное значение приобретают конкретные обстоятельства, совокупность которых может привести к переквалификации заемных отношений в корпоративные отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ, либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), либо в ситуации, когда финансирование предоставлялось в рамках реализации публично нераскрытого плана выхода фактически несостоятельного должника из кризиса при условии, что такой план не удалось реализовать (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.17 № 308-ЭС17-1556, от 12.02.18 № 305-ЭС15-5734(4,5), от 21.02.18 № 310-ЭС17-17994(1,2), от 04.02.19 № 304-ЭС18-14031).

Подобная переквалификация возможна в отношении займодавцев: а) аффилированных с должником; б) обладающих значительной (мажоритарной) долей в уставном капитале; в) являющихся учредителями страховой организации с долей участия свыше 10 процентов и способных оказать влияние на решения, принимаемые в организации, что позволяет считать их контролирующими должника лицами (пункт 6 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и не исключает дискуссии об их добросовестности при предоставлении финансовой помощи в рамках предупреждения банкротства.

Предупреждение банкротства страховой организации предполагает необходимость разработки стратегии выхода из кризиса в условиях продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме. Предоставление займов позволяет практически мгновенно докапитализировать страховую компанию и сохранить страховую защиту для страхователей. В отличие от этого, увеличение уставного капитала страховой организации потребует соблюдения определенных корпоративных процедур и займет значительное время, что не спасет организацию и скорее всего приведет к ее банкротству.

Поэтому квалификация предоставления займа как сделки, совершаемой с целью прикрыть другую сделку (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) или в обход закона (статья 10 ГК РФ), отбивает любое желание учредителей (участников) по оказанию финансовой помощи страховой организации.

Преодоление этого видится в сохранении заемного характера предоставляемого финансирования при условии, что такая мера непосредственно указана в плане восстановления платежеспособности (или ином подобном плане), согласованном с Банком России. Указание на такую меру в Законе о банкротстве позволит преодолеть ситуационный характер критерия «публичного раскрытия плана оздоровления», притом что разработка плана восстановления платежеспособности страховой организации и его последующее утверждение Банком России не предполагает публичного раскрытия.

Это позволит требование учредителя (участника), фактически осуществившего докапитализацию страховой организации, о возврате финансирования уравнять с требованиями независимых кредиторов (при негативном сценарии и последовавшем банкротстве страховой организации). С одной стороны, формально здесь возникнет вопрос о том, является ли такой учредитель конкурсным кредитором, а с другой — такой подход позволит стимулировать учредителей (участников) к спасению бизнеса и защитит интересы страхователей путем сохранения предоставления страховой защиты.