Гражданско-правовой режим земельных участков в новейшей редакции Земельного кодекса Российской Федерации

Серебряный Кирилл Сергеевич Юрист коллегии адвокатов Санкт-Петербурга «Бизнес-коллегия «Астэр»

Необходимый для начала любого исследования минимум фактов о земельном участке (он же — краткая гражданско-правовая характеристика такового) может быть сформулирован следующим образом.

Пунктом 3 статьи 6 Земельного кодекса Российской Федерации (далее — ЗК РФ) установлено, что земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных названным Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально-определенной вещи. В случаях и в порядке, которые установлены федеральным законом, могут создаваться искусственные земельные участки. В силу подпункта 2 пункта 1 той же статьи земельные участки отнесены к объектам земельных отношений (пункт 1 статьи 3 ЗК РФ: «отношения по использованию и охране земель в Российской Федерации...»).

В соответствии с положениями статьи 128 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) земельный участок является объектом гражданских прав, на основании абзаца первого пункта 1 статьи 130 ГК РФ — недвижимой вещью.

Согласно части 2 статьи 9 Конституции Российской Федерации земля и другие природные ресурсы могут находиться в частной, государственной, муниципальной и иных формах собственности.

Особенности права собственности на земельные участки, а так-же особенности ограниченного пользования чужими земельными участками (сервитута), аренды земельных участков, безвозмездного пользования земельными участками регламентированы главами III и IV ЗК РФ соответственно. Пункт 1 статьи 131 ГК РФ (в совокупности со статьей 128 и абзацем первым пункта 1 статьи 130 ГК РФ) указывает на необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на земельные участки (а равно ограничений этих прав, их возникновения, перехода и прекращения) в установленном порядке. Субъектный состав данных правоотношений общими нормами номинально практически не ограничен, за исключением прямого запрета на обладание на праве собственности земельными участками, находящимися на особо установленных территориях, для иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц (пункт 3 статьи 15 ЗК РФ); из числа объектов исключены земельные участки, прямо отнесенные к землям, изъятым из оборота, и в ряде случаев — к землям, ограниченным в обороте (статья 27 ЗК РФ).

Пункт 1 статьи 260 ГК РФ декларирует право собственников распоряжаться земельными участками в порядке (в полном объеме), предусмотренном статьей 209 ГК РФ («Содержание права собственности»). Между тем именно на этом моменте начинают проявляться наиболее яркие отличия земельных участков от прочих объектов гражданских прав: в пункте 2 той же статьи и пункте 2 статьи 7 ЗК РФ мы встречаем ограничения реализации вещных прав правообладателями земельных участков в части их использования в соответствии с целевым назначением, определяемым в установлен-ном законом порядке. Исчерпывающий перечень категорий земель по целевому назначению приведен в пункте 1 статьи 7 ЗК РФ; более подробно понятия и особенности использования категорий изложены в главах XIV–XVIII ЗК РФ.

По очевидным причинам соблюдение целевого назначения земельного участка законодатель очерчивает в качестве «главного и универсального предела осуществления любых вещных прав на земельные участки»1. Деликт может повлечь за собой изъятие земельного участка у собственника или прекращение прав иных правообладателей (статьи 285, 287 ГК РФ). 1 Белов В. А. Гражданское право. В 4 т. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2016. Т. II. Кн. 1. С. 325.

Вместо послесловия к краткой характеристике обсуждаемого объекта гражданских прав стоит задержать внимание на явлении, в научной литературе именуемом «презумпцией государственной собственности»2 на землю (земельные участки) (пункт 2 статьи 214 ГК РФ), под которой понимается априорное признание права собственности государства на земли, не находящиеся в собственности граждан, юридических лиц либо муниципальных образований. На практике результатом установления законодателем такого ре-жима становится, к примеру, практически полное исключение возможности признания права собственности за давностью владения (статья 234 ГК РФ) на «бесхозяйный» земельный участок, поскольку в указанном случае исключена добросовестность владения: владелец такого участка в силу положений ГК РФ знал или должен был знать о наличии права собственности государства на такой уча-сток (например, постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа (далее — ФАС СЗО) от 11.03.10 по делу № А56-17681/2009). Исключение, пожалуй, может составлять толь-ко тот случай, когда у лица были весомые основания предполагать, что участок принадлежит ему на праве собственности. 2 См., например: Гришаев С. П. Новые тенденции в правовом регулировании земельных участков как объектов права собственности // СПС «КонсультантПлюс», 2011.

Описанные положения на сегодняшний день достаточно прочно закрепились в судебной практике. Однако в связи с последними поправками, внесенными в ЗК РФ, подробнее стоит рассмотреть проблему определения земельного участка в качестве объекта гражданских прав и индивидуально-определенной вещи.

Само по себе понятие «земельный участок» в ЗК РФ на сегодняшний день менялось уже трижды с момента его принятия в 2001 году. В общем и целом можно сделать вывод о том, что введение нового определения в рамках принятия Федерального закона от 23.06.14 № 171-ФЗ «О внесении изменений в Земельный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Феде-рации» вписывается в ставшую уже привычной современную практику закрепления устоявшихся позиций высших судов в законодательных нормах. В конкретном случае очевидно прослеживается параллель с позицией, высказанной Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации (далее — ВАС РФ) в рамках постановления Пленума от 11.07.11 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем», согласно которой к отношениям, связанным с возникновением прав на недвижимость, неизбежно применяются положения об индивидуально-определен-ной вещи (пункт 2, пункт 5 и далее), поскольку объектом вещных прав может быть только индивидуально-определенная вещь3. 3 Литовкин В. Н., Суханов Е. А., Чубаров В. В. Право собственности: актуальные проблемы. М.: Статут, 2008. 731 с.

В сравнении с действовавшим с 24 октября 2008 года4 и утратившим силу с 1 марта 2015 года5 определением (статья 11.1 ЗК РФ: «Земельным участком является часть земной поверхности, границы которой определены в соответствии с федеральными законами») утрачено императивное положение (уточнение) об установлении границ земельного участка только лишь в соответствии с положениями федеральных законов, обеспечивавшее единообразие процедур образования земельных участков на всей территории Российской Федерации. 4 Федеральный закон от 22.07.08 № 141-ФЗ (в редакции от 23.07.13) «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования земельных отношений». 5 Пункт 3 статьи 1 Федерального закона от 23.06.14 № 171-ФЗ «О внесении изменений в Земельный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации».

В свою очередь требование о наличии установленных границ земельного участка в качестве характерного признака объекта гражданских прав косвенно следует из названного определения и пункта 2 статьи 261 ГК РФ. Более того, до недавнего времени, а именно до вступления в силу Федерального закона от 03.07.16 № 361-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», требование об обязательном указании местоположения границ земельного участка присутствовало в части 1 статьи 7 Федерального закона от 24.07.07 № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» (в редакции от 01.05.16) (далее — Закон о государственном кадастре недвижимости) и положениях приказа Министерства экономического развития РФ от 04.02.10 № 42 «Об утверждении Порядка ведения государственного кадастра недвижимости»6. 6 Документ утратил силу с 1 января 2017 года.

Между тем закрытый перечень основных сведений об объекте недвижимости (часть 4 статьи 8 вступившего в силу с 1 января 2017 года Федерального закона от 13.07.15 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»; далее — Закон о государственной регистрации недвижимости) требований об указании местоположения границ земельного участка не содержит. Важно отметить, что часть 2 той же статьи уточняет, что «к основным сведениям об объекте недвижимости относятся характеристики объекта недвижимости, позволяющие определить такой объект недвижимости в качестве индивидуально-определенной вещи, а также характеристики, которые определяются и изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков, строительства и реконструкции зданий, сооружений, помещений и машино-мест, перепланировки помещений».

В данном случае предоставленная законодателем диспозитивность в вопросе установления признаков, позволяющих придать земельному участку индивидуальную определенность, порой при-водит к принятию судами разных решений.

В отрыве от теоретической ценности достижения точности в определении сущностных характеристик земельного участка как объекта гражданских прав практическая значимость наличия определенности по рассматриваемому вопросу может быть проиллюстрирована на следующем примере.

Общество, образованное путем преобразования федерального государственного унитарного предприятия и полагающее себя собственником приватизированных земельных участков, переданных по передаточному акту, обратилось в арбитражный суд с требованиями к Министерству обороны РФ о признании права собственности на спорные земельные участки, ссылаясь на то, что технические ошибки в правоустанавливающих документах, касающиеся площади передаваемых обществу участков, не могут являться препятствием в подтверждении права собственности.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований, указав, что испрашиваемые заявителем земельные участки на дату рассмотрения спора по существу в установленном законом порядке как объекты недвижимости не сформированы; переданные по со-держащему, согласно позиции заявителя, технические ошибки акту земельные участки сняты с кадастрового учета, а на вновь образованные на их месте участки зарегистрировано право собственности Российской Федерации и право постоянного (бессрочного) пользования в пользу третьего лица.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой ин-станции и оставил решение без изменения, уточнив, со ссылкой на статью 11.1 ЗК РФ, что, поскольку в отношении заявленных к истребованию земельных участков не определены границы (в соответствии с федеральными законами), «спорные земельные участки как объекты прав не существуют, что исключает признание права на такие объекты в судебном порядке».

Суд кассационной инстанции оставил в силе решение суда пер-вой инстанции и постановление апелляционного суда (постановление ФАС СЗО от 26.09.13 по делу № А21-9593/2012).

Примером аналогичной практики служит постановление ФАС СЗО от 23.07.13 по делу № А56-57927/2012.

К схожему выводу суд кассационной инстанции пришел и при рассмотрении иного, не связанного с приватизацией дела: «Таким образом, из представленной трестом кадастровой выписки от 03.02.11 следует, что координаты характерных точек границ земельного участка с кадастровым номером 47:07:0502056:46 не определены, следовательно, он не индивидуализирован в установленном порядке» (постановление ФАС СЗО от 14.12.12 по делу № А56-3203/2012).

Чуть ранее не менее радикальную позицию высказал Верховный Суд Российской Федерации (далее — ВС РФ), направляя на но-вое рассмотрение дело по иску гражданина к обществу об обязании заключить основной договор купли-продажи земельного участка и по встречному иску о признании недействительным предвари-тельного договора купли-продажи земельного участка. Опровергая выводы судов предыдущих инстанций, судебная коллегия ВС РФ обратила внимание на факт отсутствия установленных на момент заключения предварительного договора купли-продажи границ земельного участка и, со ссылкой на пункт 2 статьи 6, статью 11.1 ЗК РФ и положения Федерального закона от 18.06.01 № 78-ФЗ «О землеустройстве» (в редакции от 04.12.06), сделала вывод о незаключенности предварительного договора как не соответствующего требованиям пункта 3 статьи 429 ГК РФ (невозможно установить предмет сделки — «однозначно определить участок в качестве объекта недвижимости, подлежащего передаче по сделке»): «Таким образом, по смыслу указанных норм права предварительный договор купли-продажи земельного участка должен содержать данные о границах земельного участка, позволяющие определенно установить отчуждаемое недвижимое имущество» (определение ВС РФ от 11.05.10 № 4-В10-5).

В дополнение стоит обратить внимание на правовой режим части земельного участка. Так, в силу положений пункта 9 постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.11 № 73 не может быть передана в аренду часть находящегося в государственной или муниципальной собственности земельного участка без предварительного кадастрового учета названной части. При этом передача части такого участка арендатором в субаренду не исключается.

На основании изложенного можно сделать вывод о том, что приведенное в утратившей силу статье 11.1 ЗК РФ определение не только не противоречило складывавшейся практике разрешения споров о праве на земельные участки и принималось во внимание при исследовании фактических обстоятельств дела, но и в полной мере позволяло судам руководствоваться данными положениями при определении факта наличия спорного земельного участка как объекта гражданских прав по формальным признакам.

Что же касается практики разрешения споров, к которым применяются совокупно нормы ЗК РФ в редакции, действующей с 1 марта 2015 года, и вступившего в силу с 1 января 2017 года Закона о государственной регистрации недвижимости, делать обобщающие выводы на сегодняшний момент представляется затруднительным в силу как минимум практического отсутствия хоть сколько-нибудь значимого объема судебных актов кассационной инстанции, не говоря уже о позициях ВС РФ; большая часть доступных для анализа судебных споров касается отношений, возникших ранее и регулируемых прежней редакцией ЗК РФ.

Тем не менее в практике арбитражных судов прослеживается тенденция выведения атрибутивности в гражданско-правовом смысле такого признака земельного участка, как определенные границы. Названный вывод, как правило, делается из совокупности положений пункта 3 статьи 6 ЗК РФ и общих положений Закона о государственном кадастре недвижимости.

К примеру, в решении Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.01.16 по делу № А56-52911/2015 сделан вывод о том, что для признания земельного участка объектом гражданских правоотношений необходимо, чтобы он был индивидуализирован, должны быть определены его размер, границы, местоположение.

Аналогичный вывод содержится в постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.09.15 по делу № А56-86696/2014, в котором суд признал, что земельный участок, из которого выделены указанные земельные участки, прекратил свое существование как объект земельного права, так как утратил квалифицирующие свои характеристики — определенные границы.

Между тем другой состав того же суда делает из схожей связки норм (статья 6 ЗК РФ и совокупность положений Закона о государственном кадастре недвижимости) несколько иной вывод, игнорируя обязательность установленных границ и делая упор на наличии кадастрового номера в качестве необходимого и достаточного при-знака для участия земельного участка в обороте в качестве объекта гражданских прав: «Согласно Федеральному закону от 24.07.07 № 221-ФЗ „О государственном кадастре недвижимости“ каждому земельному участку присваивается кадастровый номер. Соответственно, земельный участок с присвоенным кадастровым номером может являться объектом гражданско-правовых отношений, то есть быть предметом сделки.

На основании пунктов 1, 2 статьи 11.4 ЗК РФ при разделе земельного участка образуются несколько земельных участков, а земельный участок, из которого при разделе образуются земельные участки, прекращает свое существование, и, соответственно, вещные права в отношении этого участка прекращаются» (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.15 по делу № А21-5121/20157). 7 Данное постановление отменено постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 28.04.16.

Третий вывод в вопросе позволяющих индивидуально определить земельный участок характеристик, основываясь на действующих нормах законодательства, делает Ленинградский областной суд: «Из статьи 7 указанного Закона8 следует, что к уникальным характеристикам относится описание местоположения границ объекта недвижимости в объеме сведений, определенных порядком ведения государственного кадастра недвижимости, если объектом недвижимости является земельный участок. 8 Закон о государственном кадастре недвижимости.

Согласно части 7 статьи 38 Закона о государственном кадастре недвижимости местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ.

В силу вышеуказанных норм закона надлежащим доказательством, подтверждающим существование недвижимого имущества с характеристиками, позволяющими определить такое недвижимое имущество в качестве индивидуально-определенной вещи (в частности, местоположение границ земельного участка), являются сведения государственного кадастра недвижимости (часть 3 статьи 1 Закона о государственном кадастре недвижимости)» (определение Ленин-градского областного суда от 22.10.15 № 33-5235/2015).

Аналогично: «В свете данных положений закона судом правильно отмечено, что спорный земельный участок не сформирован, границы и координаты его не установлены, кадастровый учет не произведен, то есть участок не имеет характеристик, позволяющих определить его в качестве индивидуально-определенной вещи, а соответственно, такой участок не может являться объектом права собственности до момента придания ему в предусмотренном законом порядке индивидуализации. С учетом этого суд пришел к обоснованному выводу о том, что оснований для признания за истцом прав собственности на земельный участок в порядке наследования после смерти А. не имеется» (определение Ленинградского областного суда от 21.10.15 № 33-5280/2015).

Таким образом, вместе с внесением изменений в содержащие определение земельного участка нормы ЗК РФ и законодательство о государственном кадастре недвижимости на смену устоявшейся позиции судов, следовавшей по пути буквального толкования законодательного акта, пришла некоторая вариативность в определении характеристик, сущностно важных как для установления индивидуальной определенности вещи, так и для определения формального факта существования такого объекта в правовом смысле. Как было показано выше, в зависимости от обстоятельств конкретного дела таковыми могут быть названы установленные границы, кадастровый номер или совокупность содержащихся в государственном кадастре недвижимости сведений вне зависимости от их фактического состава (наравне, очевидно, с наличием самой записи).

Обобщая вышесказанное, можно отметить, что, несмотря на достаточно интенсивную и планомерную работу законодателя в на-правлении упорядочивания, совершенствования и приспособления к современным реалиям земельного законодательства в совокупности с регулярно публикуемыми ВС РФ обобщениями практики и разъяснениями, на базовом уровне, в частности на уровне значимых для практического применения понятий и определений, все еще встречаются конструкции, отнюдь не способствующие быстрой наработке едино-образной практики на основе существенно реформированных норм.

Весьма целесообразной для применения как на практике, так и в контексте настоящей работы могла бы показаться позиция, кото-рая была изложена в указанном выше определении Ленинградского областного суда № 33-5280/2015, а именно расширение буквально-го прочтения нормы пункта 3 статьи 6 ЗК РФ посредством восполнения перечня уникальных характеристик из списка, приведенного в части 1 статьи 7 Закона о государственном кадастре недвижимости, в объеме, применимом к земельным участкам. Преимущества такого подхода видятся в том, что он основывается на связывании норм посредством фактически дословной их интерпретации; по крайней мере, из текста статьи 7 Закона о государственном кадастре недвижимости следует, что приведенный список представляет собой не что иное, как искомый перечень уникальных характеристик (дословно: «сведений об уникальных характеристиках») объекта недвижимости, вносимых в государственный кадастр недвижимости. В соответствии с изложенным уникальными характеристиками, позволяющими определить земельный участок в качестве объекта права собственности и иных предусмотренных ЗК РФ прав, следует считать кадастровый номер и дату его внесения в государственный кадастр недвижимости, описание местоположения границ в установленном законом порядке, определенную с учетом требований закона площадь.

Однако перечисленные ранее законодательные новеллы лишь подтверждают, что фактически применение такого подхода невозможно. Приняв указанный набор характеристик в качестве необходимого и достаточного, мы тем самым, очевидно, признали бы, что «часть земной поверхности», в отношении которой хотя бы одна из них не установлена, не может являться объектом вещных прав. Указанное опровергается как минимум фактом признания отечественным законодательством существования такой категории, как «ранее учтенные объекты недвижимого имущества» (статья 69 Закона о государственной регистрации недвижимости).

К примеру, собственник ранее учтенного земельного участка, право на который подтверждается регистрационным свидетельством БТИ, выданным до вступления в силу Федерального закона от 21.07.97 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», может свободно владеть и пользоваться таким объектом недвижимости; право собственности может быть подтверждено в установленном законом порядке или защищено в случае, если оно будет нарушено. В свою очередь установленные ЗК РФ ограничения оборотоспобности такого участка (в частности, пунктом 1 статьи 37 ЗК РФ: «Объектом купли-продажи могут быть только земельные участки, прошедшие государственный кадастровый учет») не свидетельствуют об обратном.

Таким образом, целесообразно считать земельным участком как объектом права собственности и иных вещных прав такую часть земной поверхности, которая учтена в установленном законом порядке, то есть сведения о которой в соответствии с предъявляемыми требованиями внесены в Единый государственный реестр недвижимости либо которая может быть признана ранее учтенным объектом недвижимости в силу положений статьи 69 Закона о государственной регистрации недвижимости. Представляется, что в ином случае земельный участок не может быть признан объектом вещных прав, поскольку формально отсутствует возможность выделить его в качестве индивидуально-определенной вещи, по крайней мере до тех пор, пока не доказано иное.

Поделиться этой статьёй в социальных сетях:

Ещё из рубрики

Арбитражный процесс
Арбитражные споры № 2 (66) 2014
Оспаривание экспертного заключения в арбитражном (гражданском) процессе
25.03.2014
Судебная практика. Анализ
Арбитражные споры № 2 (38) 2007
Обзор судебной практики взыскания судебных расходов на оплату услуг представителя
02.04.2007
Самое читаемое Оспаривание экспертного заключения в арбитражном (гражданском) процессе Реформа гражданского кодекса Российской Федерации: общий комментарий новелл обязательственного права Обзор судебной практики взыскания судебных расходов на оплату услуг представителя Об оспаривании наложенных в рамках исполнительного производства судебным приставом-исполнителем ареста на имущество, запрета на совершение регистрационных действий в отношении имущества Доминирующее положение хозяйствующего субъекта на товарном рынке Подтверждение полномочий представителя должника (банкрота) и арбитражного управляющего в судебном заседании Проблемы исполнения обязательств должника-банкрота третьим лицом или учредителем Судебная практика по делам, связанным с корректировкой таможенной стоимости товаров, с участием таможенных органов О некоторых особенностях судебных споров об исправлении реестровых ошибок Взыскание судебных расходов в разумных пределах

Чтобы сохранить список чтения

вам нужно

Войти

или

Зарегистрироваться
Наверх

Сообщение в компанию

Обратите внимание, что отправка ссылок в сообщении ограничена.

 
* — обязательное для заполнения поле

 

Получите демодоступ

На 3 дня для вас будет открыт доступ к двум последним выпускам журнала Арбитражные споры -
№ 4 (104) и № 1 (105)