Статья посвящена действию во времени правила о допустимости обращения взыскания на единственное принадлежащее должнику жилое помещение в свете правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации. Автор утверждает, что отказ в обращении взыскания возможен только в случае наличия вынесенного до принятия постановления Конституционного Суда Российской Федерации и вступившего в законную силу судебного акта об отказе в обращении такого взыскания.
Ключевые слова: банкротство, действие закона во времени, исполнительский иммунитет, судебное правотворчество.
Принятие Конституционным Судом Российской Федерации (далее — КС РФ) постановления от 26.04.21 № 15-П «По делу о проверке конституционности положений абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 213.25 Федерального закона „О несостоятельности (банкротстве)“ в связи с жалобой гражданина И. И. Ревкова» (далее — постановление № 15-П), предписывающего обращать взыскание на единственное жилье должника по исполнительному производству (делу о банкротстве) при условии сохранения за должником иного жилища, пригодного для проживания, неизбежно приведет к постановке перед арбитражными судами и судебными приставами-исполнителями вопросов, на которые КС РФ в постановлении № 15-П ответа не дал.
Настоящая статья посвящена вопросу действия правила о допустимости обращения взыскания на единственное жилое помещение во времени.
Хронология
Новейшая история вопроса началась с принятия КС РФ постановления от 14.05.12 № 11-П «По делу о проверке конституционности положения абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Ф. Х. Гумеровой и Ю. А. Шикунова» (далее — постановление № 11-П). Можно отметить, что мотивировочная часть постановления № 15-П начинается с отсылки к постановлению № 11-П; по сути, оно является его логическим продолжением.
Постановлением № 11-П КС РФ предписал федеральному законодателю установить пределы действия исполнительского иммунитета единственного жилого помещения. Федеральный законодатель это предписание до настоящего времени не выполнил, что было охарактеризовано КС РФ в пункте 3 постановления № 15-П как «многолетнее недопустимое законодательное бездействие».
Это бездействие также было осложнено принятием определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (далее — ВС РФ) от 29.10.20 № 309-ЭС20-10004, в котором указано на отсутствие у судов права определять критерии допустимости обращения взыскания на единственное жилье до их установления федеральным законодателем; несмотря на то что постановление № 11-П на тот момент не было законодателем исполнено, ВС РФ не обратился в КС РФ с запросом о повторной проверке конституционности абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее — ГПК РФ). (Необращение суда, рассматривающего дело, в КС РФ при несоответствии подлежащей применению в рамках этого дела нормы права Конституции Российской Федерации образует судебную ошибку1. — Прим. авт.)
Теперь же КС РФ в резолютивной части постановления № 15-П прямо установил условия обращения взыскания на единственное жилое помещение, не сняв с федерального законодателя обязанности по их уточнению.
Материально-правовое возражение
Норма абзаца второго части 1 статьи 446 ГПК РФ носит материально-правовой характер, поскольку принята в соответствии со статьей 24 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) и потому в силу пункта 2 статьи 3 ГК РФ входит в корпус гражданского законодательства. Это не должно смущать правоприменителя: несовпадение системы законодательства и системы права, включение гражданско-правовых норм в ГПК РСФСР и гражданско-процессуальных в ГК РСФСР имело место и в советском законодательстве2. При конфликте3 системы права и системы законодательства приоритет отдается системе права4, и темпоральное действие абзаца второго части 1 статьи 446 ГПК РФ должно оцениваться с точки зрения материального права.
КС РФ в постановлении № 15-П наделил абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ иным содержанием, нежели он имел до принятия этого постановления. (По сути, речь идет об установлении КС РФ новой нормы права. Точка зрения, согласно которой суды, в первую очередь высшие, лишь толкуют законодательство, а не осуществляют правотворчество, признана в доктрине, по выражению судьи КС РФ Г. А. Гаджиева, «узкореалистической», он же указывает, что «суды под видом толкования развивают правовую систему»5. — Прим. авт.)
И предыдущее постановление КС РФ, и вышеупомянутое определение ВС РФ ориентировали участников гражданского оборота на то, что должник по обязательству не будет отвечать по нему своим единственным жилым помещением, сколь бы роскошным оно ни было, до внесения соответствующих изменений федеральным законодателем.
Самое очевидное возражение, которое может выдвинуть должник по исполнительному производству (делу о банкротстве) (далее — должник), носит материально-правовой характер. Должник может утверждать, что, поскольку постановление № 15-П действует только с 28 апреля 2021 года6 и согласно пункту 1 статьи 4 ГК РФ не имеет обратной силы, обращение взыскания на единственное жилое помещение по обязательствам, возникшим до этой даты, не допускается.
Данный довод представляется неверным.
Уже в постановлении № 11-П КС РФ ясно дал понять, что воздерживается от признания абзаца второго части 1 статьи 446 ГПК РФ неконституционным только в силу непригодности использования по аналогии иных установленных жилищным законодательством нормативов и нежелания отдавать этот вопрос на откуп судебного правотворчества7. Другими словами, КС РФ исходил из необходимости устранения пробела в праве законодателем, не усматривая возможности его преодоления иными способами.
При таких обстоятельствах ни один разумный субъект гражданского оборота не мог строить свои ожидания на бездействии законодателя. Напротив, исходя из фикции добросовестности законодателя, такому субъекту следовало ожидать скорого принятия критериев обращения взыскания в форме федерального закона.
Иной подход, в соответствии с которым постановлению КС РФ не придавалось бы самостоятельного значения в отсутствие принятого законодателем федерального закона, подрывал бы авторитет органа конституционного контроля и тем самым ставил бы под сомнение верховенство Конституции Российской Федерации, что недопустимо.
Следовательно, как минимум с 21 мая 2012 года8 о разумных ожиданиях недопустимости обращения взыскания на роскошное жилое помещение не могло идти речи.
Однако возможно также выставление этого довода лицом, которое стало должником по обязательству до указанной даты.
Представляется, что и его возражения будут необоснованны. КС РФ в постановлении № 11-П подчеркнул, что природа исполнительского иммунитета единственного жилья имеет в первую очередь социальный, а не экономический характер. В экономическом же смысле должник во всяком случае не вправе распоряжаться единственным жильем любого размера вопреки интересам кредитора. Исходя из этого, Пленум ВС РФ указал в пункте 43 постановления от 17.11.15 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» (далее — постановление № 50) на допустимость наложения ареста на указанное имущество, не препятствующего пользованию им.
Интерес в распоряжении имуществом вопреки интересам взыскателя, обязательство перед которым не исполняется, пусть и при условии невозможности обращения взыскания на это имущество, за должником признаваться не может.
Таким образом, обращение взыскания на единственное жилое помещение при условии соблюдения определенных постановлением № 15-П критериев с материально-правовой точки зрения допускается независимо от даты возникновения обязательства.
Процессуально-правовое возражение
Другой вопрос носит процессуальный характер. Это вопрос о том, в каких случаях могут возникать обусловленные процессуальными факторами правомерные ожидания должника.
Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, являющейся неотъемлемой и важнейшей частью российской правовой системы, в ее истолковании Европейским судом по правам человека (далее — ЕСПЧ) установлено, что интересы правовой определенности могут быть выше интересов законности в узком смысле. Это, в частности, означает, что окончательное судебное решение (res judicata) не может быть пересмотрено только ввиду нарушений норм права, иного взгляда на их толкование; такие нарушения должны быть существенными, подрывающими саму суть правосудия9.
Из этого же исходят КС РФ и федеральный законодатель, который воспроизвел правовые позиции КС РФ в новой редакции статьи 79 Федерального конституционного закона от 21.07.94 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», устанавливающей, что решение по гражданскому делу подлежит пересмотру в связи с признанием неконституционными (или приданием им конституционно-правового толкования) подлежащих применению положений закона в делах, стороны которых не являлись участниками конституционного судопроизводства, только в качестве исключения10.
Это означает, что вступившее в законную силу11 незаконное решение суда, а именно такими являются решения об отказе в обращении взыскания на единственное жилое помещение, принятые без обращения с запросом в КС РФ, в силу принципа правовой определенности, защищающего должника, по общему правилу пересмотрено быть не может.
Проанализируем, о каких именно решениях может идти речь в данном случае.
1. Определение об изменении порядка и способа исполнения решения суда. Именно таким способом воспользовался первый заявитель, по жалобе которого было принято постановление № 11-П. Он предусмотрен в настоящее время пунктом 64 постановления № 50 для рассмотрения заявлений взыскателя или судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на долю должника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, долю должника в складочном капитале полного товарищества, коммандитного товарищества, пай должника в производственном кооперативе. Аналогия здесь вполне уместна.
2. Решение по иску об обращении взыскания на единственное жилое помещение. Таким способом воспользовался второй заявитель, по жалобе которого было принято постановление № 11-П (абзац третий пункта 1.1). Он предусмотрен пунктом 58 постановления № 50 для обращения взыскания на земельные участки в ходе исполнительного производства. В таком случае аналогия также допустима.
3. Решение по жалобе на бездействие судебного пристава-исполнителя, выразившееся в необращении взыскания на единственное жилое помещение. ВС РФ выработана правовая позиция, в соответствии с которой арбитражный управляющий не вправе рассчитывать на то, что план действий в ходе процедуры банкротства за него будет выработан кредиторами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 21.01.21 № 304-ЭС16-17267(2,3)); представляется, что данная позиция по аналогии применима и к отношениям между взыскателем и судебным приставом-исполнителем. Поэтому взыскатель вправе как самостоятельно подать заявление об обращении взыскания на жилое помещение должника (пункты 1, 2 настоящего списка), так и потребовать совершения этих действий от судебного пристава-исполнителя, а также потребовать признания незаконным его бездействия в этом отношении.
4. Определение, принятое по заявлению об утверждении положения о порядке, условиях и сроках реализации имущества должника, предусматривающего обращение взыскания на единственное жилое помещение должника с предоставлением ему замещающего жилого помещения. Поскольку в силу пункта 1 статьи 213.26 Федерального закона от 26.10.02 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» положение о порядке продажи имущества должника — физического лица утверждается арбитражным судом, именно таким положением должна предусматриваться реализация единственного жилого помещения.
5. Определение о признании недействительным решения собрания кредиторов о реализации единственного жилого помещения должника. Хотя в делах о банкротстве физических лиц собрание кредиторов не утверждает положение о порядке, условиях и сроках реализации имущества должника (оно должно быть утверждено арбитражным судом), ВС РФ в пункте 1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с признанием недействительными решений собраний и комитетов кредиторов в процедурах банкротства, утвержденного Президиумом ВС РФ 26 декабря 2018 года, и в определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 29.10.20 № 309-ЭС20-10004 допустил принятие собранием кредиторов решений, прямо не отнесенных к его компетенции, и рассмотрение по существу вопроса о правомерности таких решений в рамках обособленного спора о признании решения собрания недействительным.
6. Определение о завершении реализации имущества гражданина. Если в ходе процедуры реализации имущества вопрос о продаже единственного жилого помещения не был поставлен, возвращение к нему невозможно, так как обязательство перед кредитором с завершением процедуры прекращается. Этот эффект можно назвать проявлением пресекательности в гражданском процессе.
Таким образом, если в ходе исполнительного производства или производства по делу о банкротстве вынесено одно из вышеуказанных решений и оно приобрело характер окончательного, кредитор не вправе потребовать обращения взыскания на единственное жилое помещение должника в связи с вынесением постановления № 15-П. Если же таких решений не принималось, препятствий для этого не имеется, поскольку подкрепленных принципом правовой определенности разумных ожиданий должника еще не возникло.
1 Ильин А. В. Пересмотр судебных актов на основании постановлений Конституционного Суда России // Закон. 2020. № 12. С. 46–47.
2 Чечина Н. А. Система гражданского процессуального права и систематизация законодательства // Избранные труды по гражданскому процессу. СПб., 2004. С. 344.
3 В данном случае, заметим, формально-юридически конфликт отсутствует, поскольку норма гражданского права и гражданского законодательства (пункт 2 статьи 3 ГК РФ) является бланкетной (отсылочной).
4 Нерсесянц В. С. Общая теория права и государства: Учебник для вузов. М., 2018. С. 446.
5 Гаджиев Г. А. Право и экономика (методология): Учебник для магистрантов. М., 2016. С. 141; см. также: Карапетов А. Г. Борьба за признание судебного правотворчества в европейском и американском праве: Монография. М., 2011.
6 Дата его официального опубликования на официальном интернет-портале правовой информации (статья 9.1 Федерального закона от 14.06.94 № 5-ФЗ «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания»).
7 И то и другое ему пришлось сделать в постановлении № 15-П.
8 Дата опубликования постановления № 11-П в «Собрании законодательства Российской Федерации» в соответствии с пунктом 4 его резолютивной части.
9 См. inter alia постановления ЕСПЧ от 24.07.03 по делу «Рябых против России» (жалоба № 52854/99) и от 11.02.10 по делу «Залевская против России» (жалоба № 23333/05).
10 Подробный анализ указанных норм закона см.: Ильин А. В. Указ. соч. С. 40–60.
11 Точнее, окончательное; решения, в отношении которых не истек срок на подачу кассационной жалобы в ординарном порядке, являются вступившими в законную силу, но не признаются ЕСПЧ окончательными.
