Судебный приказ в сравнительно-правовой перспективе

Судебный приказ как средство быстрого и эффективного разрешения спора получил распространение в современных правовых системах в XVIII–XIX веках. Развитие капитализма в России требовало введения удобных процессуальных форм для разрешения экономических споров. Появление судебного приказа в Российской империи было тесно связано с судебной реформой 1864 года, но само приказное производство было введено только в 1885 году. После отмены дореволюционного процессуального законодательства в 1917 году вопрос о судебном приказе отпал сам собой. При политике военного коммунизма (1918–1921 годы) процессуальные формы судебных постановлений были предельно упрощены, поэтому не было необходимости прибегать к судебному приказу. Судебный приказ оказался востребован при переходе к новой экономической политике (НЭП) в 1921 году. Отказ от НЭПа в 1928 году привел к сужению областей применения судебного приказа, но не к его полной отмене. В 1995 году судебный приказ был введен отдельной главой в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации. Самостоятельное правовое закрепление приказное производство получило в 2016 году в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации. Приказное производство рассматривается как одна из сокращенных форм судебного процесса, действующая наряду с упрощенным производством, и является специальной процедурой по отношению к исковому производству. Переход к германской модели приказного судопроизводства в России в начале XX века поставил вопрос о возможности использования правового опыта этого института, наработанного в Германии и других немецкоязычных странах — Австрии и Швейцарии. Швейцарская система приказного производства является наиболее упрощенной из всех правовых систем названных стран и предполагает внесудебное взыскание долга. Но в то же время предельное упрощение процедуры взыскания долгов может быть использовано для злоупотребления институтом судебного приказа, что делает заимствование швейцарского опыта для России весьма сомнительным. Австрийское приказное производство с его одностепенной процедурой удовлетворения требований кредитора и ограничением по размеру суммы долга более близко к российскому правопорядку. Однако в современных российских реалиях мы считаем полезным присмотреться к опыту Германии. На наш взгляд, судебный приказ, понимаемый в Германии как последнее предупреждение должнику, не подорвет гражданский оборот в России, но станет дополнительной защитой для значительного числа добросовестных граждан, пока еще не способных адаптироваться к новым экономическим реалиям.

Ключевые слова: судебный приказ; право России; право Австрии; право Германии; право Швейцарии.